Категория: Люди

Правила жизни.

И так. Сегодня с вами я бы хотел поделиться… эээ… интервью? Хм… Нет, наверное, не совсем. Скорее, с очерками. С очерками Тома Йорка для журнала «Esquire». Это публиковалось уже довольно давно и, наверное, совсем уже не актуально. Но меня настолько это впечатлило, что я, порой, просто сажусь перечитывать и каждый раз получаю искреннее удовольствие. Его манеры. Искренность. Стиль. Умение складовать слова. Черт дери! Просто прочтите.


Я знаю, что я ебнутый параноидальный невротик. И я построил на этом карьеру — ура, черт возьми.

Когда я родился, мой левый глаз был полностью парализован. Мое веко было намертво закрыто, и в тот момент все решили, что так я и проживу всю свою жизнь. А потом какой-то адский специалист решил, что можно попробовать разработать мне мышцу. Так что с того момента, как я появился на свет, и до шести лет я перенес пять крупных операций. Причем последнюю они здорово просрали — так, что я чуть не ослеп. Тогда мне выдали эту повязку, которую я проносил около года, и сказали: «Ну, знаешь, глазик просто стал ленивым, пока мы с ним возились». Но я знал, что это чушь, ведь они просто чуть не просрали мой глаз.

Странно, что многие считают меня чем-то таким же назойливым, как геморрой.

Мне не нравится то, как я себя веду. Вернее, будет точнее сказать, что я не одобряю своего поведения. И я не одобряю тот язык, которым я говорю — он бессмыслен. А еще у меня есть несчастливое умение отвращать от себя людей до того, как встретиться с ними.

У меня всегда возникало страшное чувство вины за каждое чувство сексуального характера, которое я испытывал. Так что всю свою жизнь я чувствовал что-то вроде угрызений совести, когда начинал за кем-то ухаживать. А в школе девочки казались мне такими прекрасными, что я просто до смерти их боялся. Так что я просто много мастурбировал. Это был мой способ расквитаться со своими страхами.

Жалким быть очень легко. Быть счастливым — сложнее и круче.

Мне надо что-то сделать с тем выражением, которое красуется на моем лице. Хотя выражения своих лиц люди получают еще при рождении — как мой отец, который родился с лицом, которое все хотели набить.

Меня раздражает то, насколько сладкий у меня голос. Это до усрачки нескромно. А еще меня раздражает то, насколько благовоспитанно он может звучать в тех случаях, когда я пою о чем-то глубоко наркотическом и кислотном по своей природе.

Если бы я жрал тяжелые наркотики, думаю, это привело бы к тому, что я звучал бы как Брайан Адамс.

Нет ничего более скучного, чем звезда рок-н-ролла, которая в деле уже более десяти лет, и которая ожидает внимания везде, где появляется, и которая нажирается до беспамятства, и которая давно уже стала несносным ублюдком, рыхлым и бездарным мудаком с раздутым эго.

Альтернативный рок должен быть побит палками до смерти и оставлен на мосту в качестве предостережения прохожим.

Коммерческий успех — это ништяк. О большем я боюсь даже просить. А все остальное — дерьмо.

Моя самая большая претензия к корпоративному миру — это та омерзительная лояльность, которую ты должен испытывать к вещи, которая, по сути, является вирусом. Ведь корпорация множится и погибает, так же, как и любой другой вирус, а ты просто используешь ее лучший момент для своих мелких никчемных интересов.

Я бы хотел научиться использовать музыку как орудие против массмедиа, исповедующих идеи той части политиков, которые лояльны к существующему политическому раскладу и миру корпоративных интересов.

Разница между мной и Боно заключается в том, что он всегда счастлив польстить кому-то, чтобы получить то, что ему нужно в данный момент. В этом деле он мастер, но у меня так не получалось никогда. Есть люди, которым я бы лучше дал в лицо, чем пожал бы руку, и от таких людей я стараюсь держаться как можно дальше. Уровень лжи и лести, который нужно поддерживать внутри себя при встрече с ними, я просто не могу осилить. Наверное, это позор, и я чувствую, что мне нужно что-то в себе менять, но я просто так не могу. Поэтому я восхищаюсь Боно. Он всегда умел зайти в дерьмо и выйти из него, источая запах роз.

У тебя не будет настоящих друзей, пока ты не научишься искренне любить всех. В этом случае я в жопе, да?

Наверное, на свете есть такие люди, которых вы можете обидеть тем, что ничего не делаете.

Умение убить человека не следует путать с желанием убить человека.

Я не боюсь, что компьютеры захватят мир.

Что беспокоит меня относительно компьютерной эры, так это тот факт, что теперь люди могут узнать о тебе все. Это невероятное вторжение в частную жизнь. Любой человек может следить за тобой, и — независимо от того, где ты сейчас находишься, — тебя можно вычислить, если ты засунул в банкомат свою карту. Я постоянно слышу все эти странные разговоры из интернета о том, что в будущем власть будет принадлежать не тому, у кого больше ядерных боеголовок, а тому, у кого больше информации. Но, впрочем, я не боюсь компьютеров. Пока еще компьютер не может тебе противостоять и сопротивляться. Пока еще он абсолютно беззащитен, и ты всегда можешь уничтожить его. Нам просто нужно больше людей с кувалдами.

Когда я внимательно читаю о том, как развивалась история после Второй мировой, и о том, из чего складывалась политика Запада по отношению к остальному миру, я понимаю, что надежды у этого мира нет.

Мне кажется, что мы подобрались к очень опасным временам. Решив, что он у руля, Запад пытается устроиться поудобнее, но не ради процветания человечества и не ради хороших начинаний. Те, кто у руля, строго говоря, маньяки. И если мы не попытаемся как-то изменить ситуацию сейчас, эти люди отберут у нас будущее.

Вообще-то теми людьми, кто формирует будущее, должны быть политики. Но эта система настолько закрыта от людей, что люди вынуждены обращаться к другим источникам — к художникам или музыкантам. Потому что они способны дать людям определенное чувство свободы.

Мне кажется, что сегодня человек не всегда понимает язык средств массовой информации, и если ты кладешь на свою музыку слова, в которых есть какой-то понятный политический смысл, большинство людей впитает это, а некоторые даже будут отрыгивать усвоенное и кормить других.

Никто из музыкантов не может утверждать, что у него есть прямой доступ к правде. Но у музыкантов всегда есть несколько большие, чем у других людей, права на распространение своей персональной истины. Потому что у них есть то, что придает мыслям энергию. У них есть музыка.

Так сложно соединить политику и искусство.

Мне кажется, что самое главное в музыке — это чувство освобождения.

Я никогда не разделял мнение о том, что поп-музыка — это бегство от реальности. Я всегда замечал в ней мрак и тьму — даже среди величайших хитов.

У меня от удивления закипает дерьмо, когда я слышу о том, что люди умудряются трахаться под нашу музыку. Но они это делают, да. Возьмем «Параноид Андроид» (песня с альбома OK Computer 1997 года. — Esquire), например. Ко мне подошла девчонка и сказала, что они офигенно потрахались под «Параноид Андроид». А у меня вопрос — как?

Мои песни — это мои дети. Кто-то остается со мной, кого-то я должен отправить на войну.

Когда-то MTV безжалостно и бессмысленно кастрировало видео «Параноид Андроид». Они убрали с сисек все соски, а вот сцена, где чувак отрезал себе руки и ноги, почему-то не произвела на них никакого впечатления.

Эти хряки не позволили нам выступить на «Грэмми», потому что им показалось, что мы плохо скажемся на их рейтинге. А мы были так счастливы, когда это услышали.

Многие тратят уйму времени на то, чтобы быть вежливым. А я просто сру на это.

Знаете, я могу страшно нажраться и торчать в каком-нибудь клубе в понедельничную ночь, и тут ко мне подойдет какой-то чувак, который купит мне выпивку и скажет, что моя последняя песня изменила его жизнь. А это что-то значит, поверьте.

Если я когда-нибудь услышу, что люди собираются сжигать мои записи, я сам принесу им все, что у меня есть.

Мне кажется, что у меня есть ответственность — ответственность за то, чтобы забавлять тех, кто на меня смотрит.

Существует тонкая линия между тем, чтобы создать что-то по-настоящему сильное и эмоциональное, и тем, чтобы превратиться в никчемного идиота, испытывающего к себе жалость и при этом играющего рок стадионного масштаба.

Основной смысл создания музыки заключается в том, чтобы дать голос вещам, которые его никогда не имели.

Знаете, если вам скучно слушать музыку, значит, вам скучно слушать музыку. Поделать тут нечего.

Считайте меня луддитом (луддиты — английские рабочие, уничтожавшие в начале XIX века новые станки, в которых они видели угрозу своему труду и заработку. — Esquire). Мне не нужен айтюнс, мне нужны пластинки. Я все еще хочу обладать вещами физически.

Мы живем во времена глобальных изменений в мировом климате и целой кучи других фундаментальных перемен, которые так или иначе затрагивают каждого из нас. Одновременно с этим мы слушаем самое отчаянное дерьмо по радио и смотрим на ублюдочных знаменитостей, произносящих милую ублюдочную чушь. Слушая их и смотря на них, мы изо всех сил пытаемся забыть о том, что происходит вокруг нас, и, наверное, это ништяк, но что касается меня, я ни о чем забыть не могу.

Я делаю недостаточно много. У меня нет дома солнечных батарей, я нерационально использую отопление, моя тачка — не «приус» (гибридный автомобиль марки «тойота». — Esquire), я постоянно летаю гребаными самолетами — потому что такова моя работа. Работа, которую я себе выбрал, — это работа, которая просирает энергию направо и налево. И это безумие.

Тот день, когда нам больше не нужно будет садиться в машины, будет очень хорошим днем.

Мой сын всерьез увлекается дикой природой. И каждый раз, когда он рисует белого медведя, я говорю ему, что в тот день, когда он достигнет моего сегодняшнего возраста, белых медведей, скорее всего, уже не останется.

Горечь таблетки редко указывает на силу ее эффекта.

Иногда мне кажется, что вся благотворительность сводится к вытиранию крови с больничного пола, и это, конечно, позор.

Кто-то должен говорить вам правду. Но это не моя работа.

Кажется, мне нужно было родиться мертвым.

Иногда лучшее, что ты можешь сделать с гитарой, — это просто разглядывать ее.

Обсудить у себя 14
Комментарии (21)
украду себе:3 
^^
Да, последние три читала где-то… ещё подобное интервью было у Кинга, мне тоже понравилось.
А вообще интересно так читать разные философии. У кого-то такая.
Да. Esquare часто публикует такое. И у Боно видел. Но только у Йорка меня зацепило…
где-то попадалось, но кусками, видимо боггер вырывал интересное для себя))
читала. Личность! )
вот это — очень нравится "Жалким быть очень легко. Быть счастливым — сложнее и круче."
А я вот даже не могу выделить что-то одно. Практически все фразы нравятся до безумия.
всё просто — я сейчас не думаю о политике, наркотиках, мало думаю о музыке — в основном просто слушаю, я не думаю о глобальных изменениях… я сейчас думаю о счастье… поэтому выделила именно эту мысль...))
Хм. Получается, меня волнует так много вещей. Хм… Вот оно как выяснится, оказывается, может то.
знаешь… меня тоже всё это волнует. всегда волнует. )) но конкретно сегодня — только счастье))))
Зацепило.
В избранное 

Я часто читаю раздел Правила жизни. Много там найти можно. Много.

Уже не отднократно сталкиваюсь с чем-то шикарным от него. И музыка мне его по душе.

Решила изучить мои записи?

Знакома с ними обрывками.

Да, если не против, м?

У меня времени много появилось. Ты в своих изложениях не краток, поэтому не читала ранее. Не хотела бездумно это делать.

Да, пожалуйста. Тоже давно хочу заняться подобным. Многое упускаю.

Я стараюсь не упускать. Но с короткими постами проще.

А ты у нас любитель слова и объемно выходит все.

Надо время.

Вот и познакомлюсь.

Так что, возможен хлам комментариев.

Я рад хламу комментариев)

Вот и славно.

Пишу, что думаю. Так что не ругай.

И да, птиц оочень люблю.

Радует оформление.

Я рад и хламу плохих комментариев. Не буду ругать)

Блин. Вот плохого не намечается. Не буду радовать. Буду хвалить. Сорри.

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: